Сайт Екатерины Польгуевой  
  Биография За секунду до взрыва На бегу На той и этой стороне  
 
За секунду до взрываИз школьных тетрадей
(1984-1990)
Начала и концы
(1990-2000)
Двухтысячные
(2000-2010)
На бегу
(2010-2018)
На той и этой стороне
(2019-2020)


Переводы с сербскогоРассказикиВидео

Екатерина Польгуева. Школьные дневники

Весна 1985. Переход в новый класс

Опубликовано 5 февраля 2014 г.

Весной 1985 года я решила перейти из 6-Б в 7-В, наборный. Вообще-то изначально у меня таких побуждений не было. Но в наборный класс захотел уйти мой лучший друг Лёнька Берман, а также, пусть и не друг, а приятель Наум Офман. Ну и за компашку почти друг – и уж точно хороший приятель Владик Григоров, с которым мы с 4 класса сидели за одной партой. И когда они не ходили в обнимку с Лёнькой, оба были вполне приличные люди. А вместе делались невыносимые.

Один раз, в 5 еще классе, они меня обсмеяли за мои слова сожаления, что вот, мол, и БАМ уже почти построили – так что на нашу долю ничего не осталось.

Это было в 35 кабинете, после уроков, при Елене Львовне, которая за меня робко заступилась (спасибо ей), что мол, Катя не так уж и не права, а БАМ – стратегически важная магистраль.

В общем, Елена Львовна мое желание (пусть и вызванное стадным чувством) уйти в «В»-класс поддержала. Сказала, хорошо, что я буду учиться у Андрея Георгиевича. А вот Татьяна Георгиевна, наш классный руководитель (которую ребята из других классов прозвали от фамилии Редянова – Редиска – нехороший человек или Редька, а мы с Лёнькой в 5 классе «Гидрой» - читали тогда Мифы древней Греции) не поддержала.

6 класс школы 444. 1985 год
6 класс школы 444. 1985 год
Катя Польгуева - второй ряд сверху в центре


Татьяна Георгиевна вообще была крута и абсолютно, безупречно рациональна. Будто не русский и литературу ведет, а ту же математику. С нашей тонкой душевной организацией она не церемонилась. В 4 классе, когда я с кем-то посмела болтать на уроке (а я была болтлива) заявила, что со своими кавалерами я могу общаться и после уроков. Меня эти «кавалеры» возмутили. И я высказалась на эту тему вслух, чем, как говорится, не снискала расположения Татьяны Георгиевны. (Вообще-то я до 12 лет дружила почти исключительно с мальчиками, не воспринимая их как кавалеров. Они меня, как даму тоже не воспринимали. Так, упомянутый Владик уже в 6 классе, на перемене, когда мы обсуждали какую-то интересную книгу, а кругом все галдели, простодушно предложил: «Катька, пойдем в туалет, а то здесь все орут». Я как раз к тому времени уже начала ценить в себе женское начало, а потому уязвлено уточнила: «В какой, интересно? В мужской или женский?»).

Так вот, возвращаясь к Татьяне Георгиевне. Больше одного раза замечания за поведение она не делала. На второй раз – «два» в журнал по русскому языку – за непонимание как раз этого самого русского языка. Так что на уроках ее тишина была абсолютная.

В 4 классе у нас классной была Лотта Борисовна, которая вела и английский. Это отдельная история. Например, на родительских собраниях наши родители сидели по много часов (а такой привычки у них не было, наша первая учительница молоденькая Елена Борисовна умела проводить собрания коротко и по существу). «Я вам, конечно, не буду рассказывать о международном положении, - начинала она. Вы и так все знаете, что в последнее время…». Ну а дальше она долго-долго говорила о международном положении прежде, чем приступить к делам класса. О которых тоже говорила долго-долго.

А когда мы перешли в 5-й, Лотта Борисовна стала завучем. А нам в классные назначили Татьяну Георгиевну (тогда еще не Гидру). Когда мы 31 августа узнали, Катька Волкова плакала от горя. Я не плакала, но тоже хотела. - Курбатова, Михеев, Хрусталь – пройдитесь каждый по своему ряду, проверьте наличие домашнего задания.

И шли, и проверяли. И если у кого не было, - говорили прямо стразу. Это никаким доносом не считалось. Потому что во-первых, поверяльщиками были едва ли не все, а скрыть от Татьяны Георгиевны что-то немыслимо. Во-вторых, только в редчайших случаях кто-то домашнего задания не делал. Ибо себе дороже.

Такое было еще в 4 классе. А потому неудивительно, что в самом начале пятого Ленька, который и читал эти самые мифы, назвал ее Гидрой. Одну голову режешь – сразу пять новых. (Как же, год спустя, недоумевала бедная баба Женя – Евгения Ивановна, когда рассказывала нам про гидру пресноводную, а мы дико и неугомонно ржали. И ставила нам в пример 6-А, которому только что тоже рассказывала, и они вели себя как приличные дети. А прозвище-то это было только внутриклассное).

И голов этих понавырастало, когда стала она классной. Так же проверялись и подписи родителей в дневнике. Забыл – неделя внеочередного дежурства по классу.

Дневники она никогда не собирала. В субботу, на последнем уроке русского языка в неделю, давала нам какое-нибудь письменное упражнение. А в это время просматривала журнал – и диктовала оценки по всем предметам за эту неделю, которые нужно названным проставить себе в дневник. Исключительно «двойки» и «тройки», так как считала, что за лучшими оценками каждый может проследить и сам, чтобы они в дневнике появились. (Да, на ее уроках все выходили отвечать сразу обязательно с открытым дневником – и не дай бог не взять).

И вот, несмотря на такую убийственную диктатуру, Татьяна Георгиевна любила литературу, понятно и хорошо объясняла, всегда с уважением относилась к твоему мнению, если оно высказано грамотно и без ошибок. Вот, например, гоголевский «Тарас Бульба». Сначала она заставила нас три раза хором повторить вслух: АндрИй, АндрИй, АндрИй». С ударением на И. А потом сказала, что если кто-то скажет «Андрий» - с ударением на «а», то сразу получит «двойку». За незнание текста. И кто-то даже получил.

Зато когда я в сочинении в пух и прах раскритиковала Тараса, написав, что он не имел права убивать Андрия, потому что никто не имеет права лишать жизни другого человека, а тем более, того, кого породил, ибо в ответе за его воспитание и взрослые поступки, поставила мне 5/5. Правда сказала, что мое мнение по поводу Тараса с возрастом может измениться. И в общем оказалась права.

В общем, наша Гидра оказалась справедливой. А меня даже полюбила: за начитанность, за всякие придумки – не только на уроках. За то, что смелая и не боюсь высказывать свое мнение (даже ей, страшной Гидре). И, как ни странно, за то, что дружу с мальчишками, а они со мной.

И, наверное, потому, что полюбила, Гидра поступила со мной очень несправедливо. Да, она не хотела, чтобы я уходила в наборный класс. А списки 7-В уже вывесили. И я там была, в этих списках – Польгуева Екатерина. Но на второй день кто-то ручкой подправил мою фамилию. Уже не помню – как. Типа «Польгуева» на «Польчуева». И Гидра сказала, что я – это не я, а какая-то совсем другая, неизвестная девочка из другой школы. Я не поверила. Гидра сказал: «Не веришь мне – иди к директору». Не знаю, на что она рассчитывала. Она же знала, что я смелая…

И я пошла к Инне Ивановне. А та отвела глаза – и сказала, что да, другая девочка, не я.

Я опять не поверила, сказала об этом Инне Ивановне – и пошла домой. В школьном дворе меня поджидали Паша Гладкий и Вова Васильев. Они бросили в меня камень. Как сказал Паша, «за предательство класса». Не попали. Я думаю, и не хотели попасть.

Что делать, я не знала. Мне было плохо. Я была разочарована. Я была оскорблена. Я была возмущена таким беззастенчивым враньем. Но через пару дней меня нашла Инна Ивановна. Да-да, сама нашла, не вызвала к себе в директорский кабинет. Нашла – и сказала: «Катя, извини. Это ты в списках. Если по-прежнему хочешь, можешь переходить в наборный класс».

С Татьяной Георгиевной мы никогда об этом случае не вспоминали. Хотя общались и после того, как я окончила школу. Я ее простила.

Но эти, казалось бы, ерундовые события, сильно изменили меня. Заставили повзрослеть. А потом настало лето. В августе я потеряла близкого человека, впервые столкнувшись со смертью. И еще в августе я влюбилась. Да, в Антошку Шарова, который окончил 9-й класс нашей школы. А еще, только по-другому, конечно, в Ольгу Кудрину из антошкиного же 10-В. (Сейчас такое напишешь – и сразу всякая фигня в голову лезет. А никакой фигни. Ольга была необыкновенная).

В общем, к 1-му, а точнее ко 2-му сентября 1985 года, когда мы первый раз пошли в 7-В класс, я уже была не совсем тем человеком, что в мае того же года. Но это для следующей части.

Расставание

Маме

Поезд бежит, стуча колесами,
Ты далеко позади.
Что мня ждет за теми откосами?
Время, не спеши, погоди!
Словно несется за нашим вагоном
Ласковый голос твой.
Я будто вижу тебя на перроне,
Машешь мне вслед рукой.
Мир обнимает вечер,
Тихо и мягко ступая.
Жизнь – не одни лишь встречи,
Бывают и расставанья.

1985, июнь.

Когда море штормит…

Я люблю купаться, когда море штормит. Небо затянуто серыми стальными облаками. А гремящие, пенящиеся валы с грохотом обрушиваются на берег. Как хорошо прыгать в волнах, подставив лицо встречному, штормовому ветру! Внутри что-то сжимается, когда, ринувшись вперед, разрезаешь грудью упругий, кипящий гребень!
И вдруг тишина. Волны разбиваются сбоку и где-то за спиной. Но новый «Девятый вал» сбивает тебя с ног, и не успеешь вскочить, как снова оказываешься под водой. Невольно вырывается крик. В нем смешались и страх, и восторг. Конечно, можно прыгать бочком, обходя волны, что побольше. Но разве почувствуешь тогда соленый океанский ветер, суровую неподкупность моря?!
Я выбираюсь на песок и бегу. Шторм выбрасывает на берег мусор: скелетики рыб, тину, доски. Море чистится после нудного продолжительного штиля. Но иногда можно найти ракушку, кусочек янтаря – обломки былого благополучия. Но море не жалеет об этой сломанной жизни, которая проходила тихо, без трудностей и перемен.
Люди, не бойтесь шторма! Не бойтесь могучего океанского Ветра Перемен!

1985, июль, Рига.


Следующая страница: Июнь 1985. Практика


      • Главная   • Школьные дневники   • Весна 1985. Переход в новый класс   
 
  Биография
Библиография
Видео c Катей
Воспоминания о Кате
Проза:
За секунду до взрыва
Рассказики
Эссе
Журналистика
Поэзия:
Из школьных тетрадей
Начала и концы
Двухтысячные
На бегу
На той и этой стороне
Переводы с сербского
Cписки стихотворений:
По сборникам
По дате
По алфавиту
По первой строке
 
 
© Фонд Екатерины Польгуевой, 2020



о проекте
карта сайта

Facebook  Вконтакте